ДЕШИФРОВЩИК ЮРИЙ КНОРОЗОВ. НЕВЫЕЗДНОЙ ГЕНИЙ.

За океаном русского ученого боготворили, а на родине почти не знали. В Национальном музее антропологии и истории в Мехико открыта постоянная экспозиция, посвященная российскому историку Юрию Кнорозову. Этот ученый первым расшифровал письменность индейцев майя. До него над этой задачей безуспешно бились поколения ученых. Свое открытие Юрий Кнорозов сделал в 33 года, оно стало темой его кандидатской диссертации, которая тут же на Ученом совете Института этнографии была признана докторской.

Нильс Бор утверждал, что каждое великое открытие в науке должно быть в какой-то мере безумным. Что касается открытия Кнорозова, то безумной была ситуация, в которой оно было сделано. В отличие от своего гениального предшественника француза Жана Франсуа Шампольона, который расшифровал древнеегипетские иероглифы, имея богатый археологический опыт в Египте, Юрий Кнорозов в Мексике не бывал. Мало того, казуистические извороты советской системы сделали этого величайшего дешифровщика, которого десятилетиями приглашали на крупнейшие этнографические конгрессы, невыездным. Индейские памятники он изучал по иллюстрациям и фотографиям…

В 1940 году Кнорозов поступил на исторический факультет МГУ, чтобы специализироваться на кафедре этнографии. Затем война. Победу он встретил телефонистом 158-го ар-тиллеристского полка резерва ставки главнокомандующего. Он не участвовал во взятии Берлина, но побывал там позже и в качестве трофея привез книгу с репродукцией трех кодексов майя, спасенную из горящей библиотеки. В 1946 году он вернулся в МГУ, занимался египетской и китайской иероглификой, исследовал обряды шаманов Средней Азии.

На глаза Кнорозову случайно попалась статья из немецкого научного журнала о том, что дешифровка письма индейцев майя – неразрешимая проблема. Статья резко изменила его научные планы. Он считал, что созданное одним человеческим умом, не может не быть разгадано другим, и принял как вызов на дуэль задачу по дешифровке загадочного письма. В аспирантуре ему было отказано, поскольку родные оказались в годы войны на оккупированной территории.

Кнорозов перебрался в Ленинград, начал работать младшим научным сотрудником в Музее этнографии народов СССР, который некогда был личным музеем императора Александра III. Поселился в самом музее, благо при царе было предусмотрено жилье для персонала. В длинной, как пенал, комнате от пола до потолка Кнорозов развесил рисунки с загадочными письменами народа, создавшего цивилизацию доколумбовой Америки. Эта цивилизация охватывала огромные территории – нынешнюю Мексику, Гондурас, Гватемалу. Загадку этой цивилизации ученый решал, сидя на солдатской койке, – другой мебели в комнате не было.

К 50-м годам XX века сложилась целая школа майянистов, которую возглавил англичанин Эрик Томпсон, ставший непререкаемым авторитетом во всем мире. Сохранившихся документов с древними письменами было немного: три кодекса майя и труд францисканца Диего де Ланды «Сообщение о делах в Юкатане». По приказу этого фанатика инквизиция сожгла почти все письменные памятники майя. Но сам же монах, из уважения к порядку, переписал часть этих документов, фактически сохранив иероглифы майя для истории. Эрик Томпсон считал, что Ланда, пытаясь выведать алфавит майя у своего осведомителя, ошибся, ибо письменные знаки этого народа обычно передают слова, изредка, может быть, слоги, но никогда не буквы алфавита.

Кнорозов перевел со староиспанского языка на русский «Сообщение о делах в Юкатане». И сразу понял, что алфавит из 29 знаков, переписанный в ХVI в. францисканским монахом, – ключ к разгадке. Первая публикация о результатах расшифровки вышла в 1952 году. Молодого ученого перевели в Ленинградское отделение Института этнографии АН СССР, где ему предстояла защита кандидатской диссертации. Но возникли проблемы, которые нынешним историкам могут показаться абсурдными и такими же непостижимыми, как само письмо индейцев майя. А дело было серьезное. В вопросе об индейцах марксизм руководствовался суждением Энгельса об отсутствии государств в доколумбовой Америке. Кроме того, Энгельс высказал соображение, что фонетическое письмо может возникнуть только в классовых государственных образованиях. Заявление о наличии у майя фонетического письма означало опровержение незыблемых положений Энгельса. А это подкоп под единственно верное учение…

О сенсационной расшифровке быстро узнали за рубежом. Американская наука, которая делегировала на изучение письменности майя несколько сот ученых, была в шоке. Кнорозов придумал оборонительную фразу: «Я – кабинетный ученый. Чтобы работать с текстами, нет необходимости лазать по пирамидам». В действительности ему очень хотелось побывать в Мексике. Но он продолжал оставаться невыездным, на волне «оттепели» его лишь однажды выпустили на Международный конгресс американистов в Копенгагене в 1956 году. И вплоть до 1990 года он никуда больше не выезжал, не подозревая о приходивших на его имя бесчисленных приглашениях. Его коллеги и ученики, уже много раз побывавшие в Мексике, без конца создавали комиссии по организации выезда ученого в страну, которой он подарил ее историю. Все тщетно.

В 1963 году вышла знаменитая монография Юрия Кнорозова «Письменность индейцев майя». Только в 1975 году ему была присуждена Государственная премия СССР. Кнорозов продолжал работать: блестящие теоретические работы, расшифровка протоиндийского письма и новых иероглифических текстов майя, изучение письма жителей острова Пасхи, а также семиотика и история заселения Америки, археоастрономия, шаманизм, эволюция мозга, теория коллектива. Про себя Кнорозов шутливо говорил: «Все-таки я не осьминог».

В краю индейцев майя великому дешифровщику удалось побывать по персональному приглашению президента Гватемалы лишь в 1990 году. До поездки Кнорозов говорил, что все археологические места он прекрасно знает по публикациям. Однако, добравшись до вершины пирамиды, он долго стоял в одиночестве и курил одну сигарету за другой. Начиная с 1995 года он неоднократно бывал в Мексике, посетил самые заветные места майя. Под конец жизни судьба подарила ему возможность пожить на побережье в тропической сельве у Карибского моря вместе с индейцами майя и в двух шагах от древних пирамид. Ученому был вручен серебряный орден Ацтекского Орла. Таких орденов в нашей стране всего четыре – им награждаются иностранные граждане, имеющим исключительные заслуги перед Мексикой.

Он умер в марте 1999 года. Уже после его смерти в Мексике вышел трехтомный труд «Дешифровка, Каталог и Словарь Шкарет Юрия Кнорозова».