МЕХАНИК АНДРЕЙ НАРТОВ. МИНИСТР МАШИНОСТРОЕНИЯ ЕГО ВЕЛИЧЕСТВА.

Андрей Константинович Нартов – один из замечательных русских механиков и изобретателей, родился в 1693 году. Фамилия Нартовых произошла от слова «рты», которое в старорусском языке обозначало «лыжи». Андрей Нартов с 16 лет работал токарем в мастерской основанной Петром I Московской школы математико-навигацких наук в Сухаревой башне. Царь часто навещал школу, работал в токарной мастерской. В 1712 г. Петр I вызвал Андрея Нартова в Петербург. «Личный токарь» царя, по нынешним понятиям – министр машиностроения, неотлучно находился в токарне, рядом с приемным кабинетом Петра. Здесь Нартов встречался с государственными деятелями, а после смерти царя написал воспоминания, ставшие ценным историческим документом.

Андрей Нартов проявил себя замечательным мастером-изобретателем. Для ознакомления с зарубежной техникой его послали за границу Главная цель поездки состояла в том, чтобы «приобрести вящие успехи в механике и математике». Ему было предписано тщательно собирать сведения об изобретениях и новых машинах. Нартов должен был «в Лондоне домогаться получить сведения о нововымышленном лучшем парении и гнутии дуба, употребляющегося в корабельное строение, с чертежом потребных к сему печей». Нартову также было поручено собрать и привезти в Россию «лучших художников физических инструментов, механические и гидравлические модели».

Из Петербурга Нартов привез за границу свой токарный станок, и прусский король Фридрих Вильгельм I признал, что «в Берлине такой машины нет». Нартов неоднократно убеждался в том, что русские техники не уступают иностранным. Он писал Петру I из Лондона: «…здесь таких токарных мастеров, которые превзошли российских мастеров, не нашел, и чертежи машинам, которые ваше царское величество приказал здесь сделать, я мастерам казал, и оные сделать по ним не могут». Президент Парижской академии наук Биньон написал в связи с отъездом Нартова из Парижа письмо Петру I, в котором говорил о «великих успехах», достигнутых русским новатором «в механике, наипаче же во оной части, которая касается до токарного станка». Биньон писал об изделиях, изготовленных Нартовым на русском токарном станке, привезенном в Париж: «Невозможно ничего видеть дивнейшего!» Петр I приказал перевести письмо Биньона и послать перевод всем русским, находившимся за границей для ознакомления с наукой и техникой. Предписание им всем прочитать это письмо сопровождалось петровским пожеланием: «Желаю, чтоб и вы с таким же успехом поступали».

Достижения Андрея Нартова в токарном деле имели чрезвычайно важное значение в развитии техники. Он изобрел суппорт – автоматический держатель для металлообрабатывающих резцов. Без суппорта невозможно было бы перейти от ремесленных мастерских к крупной машинной промышленности. За границей долго считали, что только в 1797 г. англичанин Генри Модели изобрел суппорт. Токарный станок Модели хранится в Музее истории техники и естествознания в Лондоне. Но за 75 лет до этого были созданы русские станки! В Париже в Национальном хранилище искусств и ремесел стоит русский токарно-копировальный станок, на котором Нартов демонстрировал свое искусство президенту Парижской академии наук Биньону.

В Эрмитаже находится несколько металлообрабатывающих станков Нартова, которые являются поистине произведениями искусства. Станины украшены резьбой, металлическими накладками с узорами, изображениями птиц, животных, мифологических героев. Нартов опередил англичан не только по времени. Модели мог изготавливать изделия лишь простых геометрических форм, а копировальные работы были ему недоступны. На станках Нартова можно было изготавливать изделия любой формы и автоматически выполнять токарно-копировальные работы. Станки Нартова – родоначальники современных сложных токарно-копировальных автоматов.

В рукописи Нартова «Театрум Махинарум, то есть Ясное зрелище махин» описывается более трех десятков оригинальных токарных, токарно-копировальных, токарно-винторезных станков различных конструкций. Петровская токарня, которой ведал Нартов, была передана Академии наук и превращена в академические мастерские, которыми руководили Ломоносов и Кулибин.

После смерти Петра Андрей Нартов навсегда покинул дворец. В 1726 г. он был направлен в Москву налаживать технику монетного дела. Он изобрел оригинальные гуртильные (для насечки «гурта», то есть ребра монеты) и другие монетные станки. Он помогал И. Ф. и М. И. Моториным при изготовлении величайшей в мире отливки – Царь-колокола. Он изобрел станок для нарезывания винтов, машину для вытягивания свинцовых листов, машину для подъема на колокольню Царь-колокола, пожарно-заливную машину, станок для печатания земельных карт.

Нартов стал первым русским руководителем Академии наук и активно поддерживал Ломоносова и других русских ученых, хотя тогда их было совсем немного. Нартов был назначен советником Главной Канцелярии артиллерии и фортификации, ведавшей артиллерией и инженерной обороной России, с чего и началось развитие нового вида вооружения. Он создал более 30 станков и механизмов, в числе его изобретений – стрельба из пушек «вне калибра», подъемный винт с градусной шкалой для установки у артиллерийских орудий угла возвышения, оптический прицел – родоначальник современной стрелковой и артиллерийской оптики. Нартов принимал участие в создании знаменитых «единорогов» – гаубиц, стоявших на вооружении русских крепостей еще в ХХ в. Семилетняя война 1756–1763 гг., начавшаяся в год смерти Нартова, показала преимущество русской артиллерии над прусской. А ведь армия Фридриха II считалась лучшей в Европе.

Свой труд о токарных станках «Театрум Махинарум, то есть Ясное зрелище махин» Нартов предполагал «объявить в народ», то есть напечатать его и сделать доступным всем токарям, механикам, конструкторам. Рукопись была поднесена Екатерине II и передана в придворную библиотеку, а там пролежала в безвестности почти 200 лет. Осенью 1950 г. в Ленинграде на территории давно закрытого кладбища была найдена могила Нартова. Останки перенесли в некрополь Александро-Невской лавры и перезахоронили рядом с могилой Ломоносова.