Глава тридцать вторая.

Когда князь Засекин-Сонцев появился на пороге кабинета, Осетр решил сразу взять быка за рога.

– Всеволод Андреич! Вы в курсе, что наши разведчики отыскали мою мать?

– Да, ваше императорское величество. Князь Белозеров уже сообщил мне об этом.

«И небось, прежде, чем мне», – подумал Осетр.

– Я должен лично отправиться на выручку моей матери.

Дед ничуть не удивился. Несколько мгновений раздумывал, потом сказал:

– Ты не перестаешь поражать меня, мой мальчик!

На сей раз Железный Генерал даже забыл о «величестве», сразу переведя разговор в плоскость отношений учителя и ученика.

Впрочем, он тут же вернулся к требованиям этикета:

– Простите, ваше императорское величество! Не могли бы вы убедить меня в правильности такого решения?

– Мог бы. – Осетр встал и прошелся по кабинету, собираясь с мыслями. – Во-первых, я как-то уже говорил, что считаю себя виноватым в судьбе моей мамы. И будет правильно, если именно с моим участием случится ее освобождение… Во-вторых, интуиция говорит мне, что предстоящая операция будет успешной. Думаю, вы, Всеволод Андреич, давно убедились, что интуиция меня прежде не подводила.

– Убедился, не скрою. – Железный Генерал покивал. – Но с какой стати вы решили, что вам будет везти бесконечно. Везение – такая штука, которая рано или поздно заканчивается.

– И тем не менее, я уверен, что мне и на сей раз повезет.

– Ну хорошо, ваше императорское величество… – Засекин-Сонцев побарабанил пальцами по подлокотнику кресла. – Ваши личные интересы понятны. А как быть с интересами империи? Что мы скажем народу?

Осетр улыбнулся:

– Народу мы не скажем ничего.

Железный генерал снова побарабанил пальцами по подлокотнику:

– Хорошо, с народом ясно… Но что мы скажем вашему ближайшему окружению? Что росский император улетел в отпуск и неизвестно, когда вернется?

– Ближайшему окружению мы тоже ничего не скажем. За исключением нескольких наиболее доверенных лиц.

На сей раз Дед растерялся.

Это хорошо было видно по выражению его лица.

– Ничего не понимаю, ваше императорское величество! Вы же будете отсутствовать, а об этом скоро станет известно. Хоть мы и отменили балы, вам надо принимать участие в куче всяких приемов и встреч, вам надо проводить заседания Совета безопасности, наконец! Можно, разумеется, объявить о вашей болезни, но, на мой взгляд, это не лучший вариант в настоящее время. ВКВ только и ждет подходящего случая, чтобы поднять мятеж. И если вы заболели, у него может появиться довольно много дополнительных сторонников среди шатающихся. – Дед понемногу распалялся. – Вы хотите ввергнуть империю в гражданскую войну в такое время, когда мы еще не готовы? Мне казалось, ты стал достаточно мудрым, мой мальчик, чтобы не совершать подобных поступков. – Последние слова советник едва не выкрикнул.

Осетр поднял руку:

– Спокойнее, генерал, спокойнее… Я вовсе не собираюсь ввергать империю в гражданскую войну. И не собираюсь сказываться больным. Вы правы, Всеволод Андреич, это не лучший выход из ситуации. – Осетр хитро улыбнулся. – Мы поступим совершенно иначе. Во время моего отсутствия империей будете управлять вы.

У князя Засекина-Сонцева отвалилась челюсть.

– Как это? Вы хотите назначить меня регентом? Да это же неизбежно вызовет кучу вопросов. И неизбежный взрыв недовольства в стране!

– Нет, генерал. – Осетр вернулся за стол и сел. – Никаких регентов при дееспособном императоре быть не может. О том, что вы управляете страной, будут знать только самые близкие люди.

– Но ваше отсутствие…

– Моего отсутствия не будет. – Осетр хлопнул ладонью по столу и снова хитро улыбнулся. – Во-первых, мы еще больше сократим количество встреч и приемов. А пару заседаний Совета безопасности прекрасно сможете провести и вы. Вы не хуже меня осведомлены о всех принципах внутренней и внешней политики на современном этапе.

– Но вас же в столице не будет! Как мы все-таки объясним отсутствие императора? Одно дело, когда улетел в Пятипланетье регент, и совсем другое, когда столицу по неизвестной причине покинул император. Это же не на Кресты слетать в целях борьбы с ностальгией. Отсутствие императора в течение трех-четырех дней скрыть не трудно. Но одному богу известно, сколько продлится вояж на территорию Ордена. И чем он вообще закончится…

– Я буду тут, рядом с вами. Просто мою роль будет исполнять симулякр.

У Деда снова отвалилась челюсть.

– Но, ваше императорское величество… Симулякры используются в оперативной работе для сугубо вспомогательных целей. Если надо в бою отвлечь внимание, скажем. Да и то ненадолго, ибо противник, если он вооружен нужной аппаратурой, всегда способен быстро распознать подмену. Но подменить симулякром действующего императора! Это ж… Это ж… – Засекин-Сонцев так и не нашел подходящего слова.

– А вы, в принципе, знакомы с новыми разработками института информационных технологий?

Железный Генерал кивнул:

– Конечно. У академика Позднякова имеются определенные достижения в своей области, но они не настолько выдающие, чтобы симулякром можно было заместить императора.

– И тем не менее, на мой взгляд, их вполне хватит для достижения наших целей. И если вы подумаете, то сами со мной согласитесь.

– Слушаюсь, ваше императорское величество.

Железный Генерал вновь кивнул. Однако по его физиономии вовсе не было заметно, что он согласен с императором.

И он снова прибегнул к «магеллановым облакам».

Осетр привычно изобразил готовность к внушению.

– Слушай сюда, мой мальчик! – сказал Дед. – Ты не будешь участвовать в спасении своей матери. Не императорское это дело. Тебе надо руководить державой.

Дальше он должен был сказать: «А теперь ты забудешь все, что я тебе сейчас говорю!» – и в новой ситуации Осетру непременно придется поинтересоваться, с какой стати Железный Генерал произнес такие слова. После чего разговор примет совершенно нежелательный оборот, поскольку Деду окажется слишком сложно объяснить непроизнесенное пока окончание приказа.

Помнится, в случае с Милорадовичем Осетру самому пришлось подбирать слова… Сейчас же все еще исправимо.

Поэтому Осетр резко оборвал собеседника:

– Извините, господин Засекин-Сонцев, но я буду участвовать в спасении моей матери! И вообще, по какому праву вы тут распоряжаетесь? Не забывайтесь, советник! Я – император росский!

Надо отдать должное генералу – в третий раз челюсть у него отвалилась лишь на мгновение.

Потом он сообразил, что внушение не состоялось, и сразу отыграл назад:

– Прошу прощения за дерзость, ваше императорское величество! – виновато сказал он. – Я очень беспокоюсь за вашу безопасность, потому и позволил себе подобный тон. Еще раз простите!

Критической ситуации, способной привести к резкой перемене отношений между ними, удалось избежать, и император немедленно последовал примеру своего советника.

– Мне понятны ваши намерения, Всеволод Андреич. – Осетр мягко улыбнулся. – Извините и вы меня за резкость!

Расшаркивания завершились. Железному Генералу еще предстояло до конца осознать, что отныне император не будет больше безвольно и не задумываясь следовать его приказам, но осознание сие произошло уже за пределами императорского рабочего кабинета.

А Осетр связался с графом Охлябининым и отдал ему приказ немедленно заняться поисками генетического кода Елены Шуваловой.