Глава 34.

Зак проснулся от какой-то назойливой мысли, и, привыкнув доверять своей интуиции, мгновенно вскочил с кровати и потянулся за одеждой, автоматически проверяя, что же его так встревожило?!

– Зак! За-ак! – снова позвал в голове голос Анюси.

– Что случилось? – спешно натягивая сапог, отозвался маг.

– Ага! Я говорила, что могу его позвать! Вот он! "чё случилось" говорит!

Зак сильно подозревал, что мысли, которые он слышит, она еще и повторяет вслух! У нее всегда так, что думает, то и озвучивает!

– Анюся! – Позвал строго, не найдя в ее мыслях никакой грозящей девушкам опасности. – В чем дело?

– Не, Зак, ничё страшного! Ой, я хотела сказать учитель! Мы просто спросить хотели, когда кушать пойдем?

– А… что… уже пора?! – Растерялся Зак, в этих северных спальнях, построенных без окон, всегда ночь!

– Ну, так утро уже! А мы даже не ужинали! – Пожаловалась, не любившая пропускать приемы пищи ученица.

– Как, утро?!

Зак натянул второй сапог и ринулся к двери. И едва распахнув ее, понял, Анюся права! Действительно, утро! И какое солнечное, нечасто здесь осенью бывают такие деньки!

Вот это они поспали! Конечно, после стольких дней недосыпа этого и нужно было ожидать от усталых парней. А вот девушки, ехавшие в повозке, умудрялись выспаться в дороге, поэтому ничего странного нет в том, что они уже встали. Понятно, отчего Анюся нервничать начала, ведь ели они, хоть и очень плотно, но и впрямь, еще вчера в обед!

– Любезный! – Вежливо обратился маг к неизменно торчавшему у выхода в холл то ли слуге, то ли охраннику, – А нельзя ли попросить, чтобы нам завтрак в комнату принесли?!

Тот повернулся и на несколько мгновений исчез.

– Куда принести завтрак? – вчерашний старик, по-видимому, был неподалеку.

– В комнату девушек! – махнул на дверь Зак.

– На всех? – бесстрастно осведомился дворецкий.

– Конечно. – Надменно хмыкнул вышедший из своей комнаты Камил, – и ничего жирного или жареного! У нас утром тренировка!

Зак только хмыкнул довольно, отлично перехватил на себя командование тумастанец, и держится замечательно, а то местному принцу палец в рот не клади!

– Анюся, мы идем к вам в комнату завтракать! – мысленно предупредил он, отправляясь будить Криса.

– А у нас ничего нет!

– Сейчас слуги принесут легкий завтрак, Камил хочет устроить тренировку!

– Как, так, легкий?! – Расстроилась ученица, – и вечером ничё не ели, и щас легкий! У них тут чё, продукты закончились?! Так зачем мы тогда сюда по горам перлись?

– Перестань возмущаться! – прикрикнул вошедший в комнату девушек Камил, – танцевать с полным желудком очень вредно!

Ну, точно, Зак угадал, она все это вслух повторяла!

Почти следом за тумастанцем вошли двое слуг, несших простой столик, а за нами еще четверо с подносами.

Столик втиснули между кроватями, на которых устроилась команда, и начали заставлять едой.

Зак ловко усадил Нату в угол, устроился рядом и, едва вышли слуги, первым делом обнял ее одной рукой за талию и быстро поцеловал в щечку. Второй рукой он накладывал ей еду, наливал взвар, подносил ко рту девушки самые лакомые кусочки, успевая при этом не забывать и себя.

Ната чуть алела от непривычного внимания, но отодвигаться и не думала, наоборот, прислонила головку к плечу любимого и, не споря, ела все, что он ей подсовывал, даже ненавистный местный паштет из гороха.

– Везет же некоторым, – обиженно буркнул Крис, попытавшийся повторить с Анюсей этот маневр и потерпевший поражение.

Кушать Анюся любила сама, и терпеть не могла, когда ей в этом мешали. Поэтому все посягательства Криса на свою тарелку пресекла в корне.

– Не умничай! – тут же шикнул на Криса Танио, с укором глянула Дайра, и даже Анюся пнула под столом.

– Только не стоит… показывать это чужим, – буркнул Камил, шокированный поведением Зака.

Надо же, как испортило мага чувство к девушке! Камил так восхищался весной его самообладанием и смелостью! И холодным пренебрежением к женским прелестям! Да и до вчерашнего дня маг вел себя вполне по-мужски! Хотя и нервный был последнее время, и срывался часто, но это все же легче перенести, чем наблюдать, как он кормит здоровую девицу с ложечки!

– Чужих близко нет. – Холодно информировал его Зак и еще сильнее развернулся к Наташе, почти заслонив ее широкими плечами от друзей.

– Не лезь к нему! – предупредил тумастанца взглядом Танио, больше всех радовавшийся за друга.

И конечно за себя. Что не придется больше выполнять непростое распоряжение Рики. Объяснившей ему, что, хотя брат и не хочет признаваться себе в чувствах к Наташе, но случись с ней что… лучше этого никому не изведать!

– Дворецкий идет. – Объявил Зак, садясь прямо.

Однако руку с Наташиной талии убирать даже не подумал. Слишком трудно ему досталось это счастье, иметь право ее обнимать, чтобы он отказывался от него по каждому ерундовому поводу.

И действительно, через мгновение в распахнувшуюся дверь величественно вошел дворецкий и с холодной вежливостью объявил, что его высочество просит разрешения присутствовать на тренировке.

– Передай его высочеству, что мы будем рады присутствию его высочества. И попроси от нашего имени одолжить нам на время тренировки музыканта, мы своих не возим. – Вежливо кивнул Камил, – И последнее! Если ты еще раз войдешь в эту комнату без стука, мы постараемся научить тебя вежливости.

Дворецкий побледнел и попросил прощения. И только один Зак понял, почему он это сделал, хотя внутри старика все бушевало от возмущения. Лакей, ожидавший ответа за дверью, был соглядатаем хозяина.

– Ты прощен! – махнул тумастанец, отпуская старика.

Команда хмуро молчала. Учить старого слугу с уважением относиться к бродячим танцорам, было вовсе не так уж приятно, однако Зак всем приказал вести себя вежливо, но с достоинством. И требовать того же от слуг. Иначе их тут долго будут мурыжить. А уйти отсюда так же свободно, как вошли, без шума вряд ли получится.

К тренировке Камил готовился тщательно. Решал, какие костюмы надеть, как причесаться, как подкраситься девушкам.

– Слушай, Камил, ты в нашем мире был бы великим стилистом. Или нет… акулой шоу бизнеса! – порадовала его Анюся.

– Зачем мне акулой? – обиделся тумастанец. – Я, может, шейхом стану!

– Не обижайся, – засмеялась Ната, – она тебя похвалить хотела! У нас эти акулы побогаче ваших шейхов будут!

– Все собрались? – Зак окинул команду внимательным взглядом, – ничего не забыли? Платочки, заколки, бусики у всех есть? Тогда пошли!

Далмений выслушал дворецкого, задал пару вопросов и приказал сесть поблизости. На всякий случай. Кроме него по углам уже томились получившие вчера разнос за потерю кинжалов слуги. Принц устроился в кресле поудобнее и приготовился к длительному ожиданию. Актеры люди безалаберные, уж это он хорошо изучил, скоро не придут. Но он все равно не уйдет, не хочет пропустить их приход. Наблюдение за тем как готовятся к тренировке актеры поможет ему их лучше понять.

Что Бингел водил его за нос, он узнал еще вчера вечером. Когда прибыли спешно вызванные соглядатаи. И рассказали ему все то, что писали раньше Бингелу в отчетах. Жаль, конечно, что сам предатель к тому времени успел сбежать. Как выяснилось позже, сбежал он еще во время обеда.

Но пусть не надеется, что это спасло его надолго.

Разъяренный принц хотел немедленно послать людей в его замок, негде ему больше прятаться. Но поразмыслил и решил, что наказать Бингела успеет всегда, сначала нужно довести до конца дело с танцорами. Пока они в его руках, он выигрывает в тайной войне с невесткой.

Но нужно поторопиться, теперь враги в курсе его планов. Кроме одного. Далмений еще раз мысленно похвалил себя, что не доверил советнику эту тайну, спасибо, великие боги остановили.

В дверь постучали и в зал вошли музыканты. Поклонились и прошли на свои места, в нишу рядом со сценой. И почти следом за ними появились танцоры. Все в одинаковых темных тумастанских халатах и мягких туфлях. Поприветствовали принца вежливыми поклонами и прошли к сцене.

Принц напрягся, внимательно следя за их уверенными движениями. Главный без труда вскочил на сцену и отправился проверять, как открывается занавес, остальные парни поставили на сцену сундучки с вещами и свободно вскочили сами. Потом подали руки девушкам и те легко взлетели на высоту двух локтей. Танцоры отнесли девушкам вещи за дальний занавес и сразу вернулись.

О чем-то деловито посовещавшись, трое начали по-своему передвигать обтянутые шелком ширмы, а главный спрыгнул в боковую нишу к музыкантам и несколько подзвонков настойчиво им объяснял, как они должны играть.

Далмений много бы отдал, чтобы прослушать эти наставления и высказать свои пожелания и при другой труппе обязательно так и поступил. Он так долго и упорно занимался этим делом, что считал себя профессионалом, имеющим право учить других.

Но с этой труппой… принц предпочитал переждать.

И дождался.

Вышел из-за ширмы тумастанец, махнул рукой музыкантам, вслушался в музыку, немного постоял, привыкая, и подал команду.

Вначале принцу показалось довольно простым их представление. Ну, прошли в несложном танце круг по сцене одетые в тонкие штаны и легкие, распахнутые на груди туники парни, затем второй, двигаясь быстрее и гибче, и еще один, и вдруг все разом стремительно исчезли за хитро поставленными ширмами. Музыканты сбавили темп, заиграли восточную тягучую мелодию, и выскользнула из-за ширмы девичья фигурка скрытая полупрозрачным платком. Легко заскользила, по тому же кругу, почти полностью повторив танец парней. С той лишь разницей, что после первого круга исчез платок, открыв затянутую в шитый золотом тумастанский костюм белокожую фигурку менлиски. А после второго вдруг размотался тугой узел на ее голове, и вслед за несшейся по кругу фигуркой полетела длинная грива рыжего шелка.

И снова четверо парней вьются по кругу, и после первого прохода внезапно остается лишь один, высокий и темноглазый, с нахальной усмешкой. Он сделал несколько резких, быстрых танцевальных движений, превращаясь в вихрь и резко замер, опустив руки. А через миг взмахнул ими и вверх взвился яркий шелковый платок. Он медленно опадал, окутывая струящимися складками танцора, ставшего неожиданно невысоким и хрупким.

Принц даже за амулет схватился, заподозрив магию. Но магии не было, а музыка вновь сменилась и по кругу поплыла явно женская фигурка.

В этот момент принц одобрительно улыбнулся первый раз.

Девушка, как и предыдущая, потеряла свой платок после первого круга, но зрителям было не до него. Шоколадная фигурка в длинных шароварах и тунике точно такого же цвета как и кожа, с распущенными черными локонами и с алой полумаской на лице.

Ей не нужно было делать особенных па, она привлекала внимание своей необычностью.

И снова летели по кругу парни, оставив на этот раз солировать светловолосого голубоглазого парня.

Он лихо станцевал довольно сложный танец, а когда остановился, выхватил из-за ширмы рыжеволосую и, крутнув в крепких руках, вытолкнул на середину сцены.

Этот танец у нее был совсем не похож на первый, намного быстрее и разнообразнее движения, ярче костюм, четче ритм.

Принц снова одобрительно улыбнулся. Выступление труппы не отпускало ни на мгновение.

И снова пролетели парни, оставив для сольного выступления зеленоглазого красавчика. Его быстрый танец напоминал бой на мечах, и кто-то из невозмутимых слуг ахнул, когда навстречу его выпаду кто-то бросил из-за ширмы завернутую в темный шелк берзийку.

Но красавчик девушку ловко поймал, поднял вверх на вытянутых руках и сделал полный оборот на одной ноге. Поставил аккуратно на ноги, ловким движеньем сдернул покрывало, и вместе с ним исчез за ширмой.

Теперь на ней был алый костюм и алая роза в волосах.

И танец был живой, зажигательный, с совершенно неизвестными принцу движеньями.

А тордизанку они что, для коллекции возят? Принц неожиданно вспомнил, что еще не танцевала самая заурядная на вид девушка.

А по сцене снова кружили парни, на этот раз накрыв головы тумастанскими белоснежными платками и сменив простые туники на полупрозрачные, вышитые шелком.

Принц весь подобрался, когда начал танец их старший, Камил, как шепнул дворецкий.

Его высочество благосклонно кивнул старику, не спуская глаз со сцены, где тумастанец то крался как змея, то летал птицей, то мчался степной пантерой.

И вдруг словно сломался, застыл, отступая за ширму, а по сцене уже плыла под нежную мелодию эльфийской свирели гибкая фигурка в простом белом платье до пола и с невесомым белым шарфом в руках. Длинные темные волосы, заплетенные в косу, перекинуты на грудь, а на голове странный высокий венок с бахромой из белых бусинок.

Так необычайно плавно двигалась девушка по сцене, словно ступала не по вытертым доскам, а плыла на чем-то невидимом по воде. И летел вверх платок, и она становилась то листком на осеннем ветру, то снежинкой в студеный день, то потянувшимся к солнцу первым весенним цветком, робким и чистым.

Музыканты поймали мелодию, вступили сначала осторожно, тихонько, потом, осмелев, добавили громкости.

Подошел к ним поближе красавчик со свирелью, начал рукой задавать темп.

Принц сидел совершенно очарованный танцовщицей, и злой на самого себя. Не сумевшего с первого взгляда угадать, кто в этой труппе прима.

А танцоры словно забыли про него, работали в полную силу, оттачивали движенья, синхронность, считали шаги и такты. И тут принц снова заметил нечто, о чем совершенно не догадался вначале. Танцевали все, и парни и девушки, кроме тордизанки. А она тихонько сидела на поставленном в сторонке сундучке и молча наблюдала. Но когда кто-то делал неправильное движение или не успевал в такт, она вставала рядом и показывала. Столько раз, сколько это было нужно. И когда музыканты не смогли понять, что от них хотят, подошла и наиграла на свирели. И получилось у нее значительно лучше, чем у красавчика.

Значит, именно она и была их истинным главой – с досадой решил принц.

Наконец они закончили тренировку, собрали свои вещи и слезли со сцены. И снова парни заботливо сняли девушек, поразив принца своими манерами.

Камил подошел к принцу и, вежливо склонив голову, спросил, как считает его высочество, могут они в ближайшем времени рассчитывать на выступление в королевском дворце?!

Принц и сам хотел им это предложить, но такая почтительность приятно согрела его сильно пострадавшее за последние сутки самолюбие.

Он покровительственно кивнул тумастанцу и ответил, что после обеда они вместе тронутся в путь. И возможно уже сегодня вечером его величество сможет оценить их мастерство!