Эпилог.

Жан-Поль Герлен понес на своих плечах будущее парфюмерии Guerlain. За каждым ароматом стояла любимая или почитаемая женщина. Экономический рост украсил жизнь шестидесятых годов ХХ века. Молодежь порождала непривычное общество, в котором ценилось потребительство. Родившиеся в эпоху беби-бума стали новыми героями современности. Они танцевали в лондонских клубах под ритмы блюза, бибопа, рока, поп-музыки. Их захватывала жажда жизни и пленяли The Beatles. У них был собственный код, своя мода, свои герои в образе звезд-ровесников: актеров, музыкантов, певцов, манекенщиц. Впервые произошел разрыв поколений, ставший социальным феноменом. Жан-Люк Годар, известнейший режиссер, говорил о поляризации общества: теперь все было либо «прекрасным», либо «ужасным».

В эти годы огромный подъем познали американские марки одежды, но по-прежнему торжествовала женственность француженок. Наметилась экспансия мужской парфюмерии. Социум пожирала американская мечта. Молодежь желала быстрого и доступного счастья.

У Герленов же каждый парфюм продолжал быть целой историей любовных чувств. Однако эпоха внесла свои коррективы, и новые запахи стали более легкими и беззаботными. Chant d’Arômes, созданный в 1962 году, представлял собой нежный цветочный букет, собранный на альдегидной основе с легкой шипровой базой – как напоминание о «зеленом острове», воспетом Сен-Жоном Персом.

Жан-Поль Герлен, как и его предшественники, находился в вечном поиске новых запахов. Он любил посещать самые отдаленные уголки планеты, чтобы найти нечто неожиданное. Жан-Поль побывал на индийских рынках, понаблюдал за ремесленниками Непала, прошелся по базарам в Тунисе. Он сохранил в своей памяти все необычные сочетания запахов, включая гирлянды из плюмерии и иланг-иланга на острове Майотта, цветы лотоса на юге Индии, бергамот в Калабрии. Его работа творца требовала перехода от цветка к цветку, чтобы открывать новые букеты и закладывать традиции. «Парфюм раскрывает свои секреты через общие эмоции», – любил говорить он.

В 1969 году Жан-Поль создал Chamade как оммаж роману Франсуазы Саган, для женщины, чье имя осталось тайной. В кулуарах поговаривали о Брижит Бардо.

Верхние ноты нового парфюма состояли из гиацинта, гальбанума и почек черной смородины, которые впервые применялись в парфюмерии. Сердцем аромата был пудровый иланг-иланг, а базу смягчала ваниль. Флакон в виде сердечка был вдохновлен раковиной на картине Боттичелли «Рождение Венеры». Журналист из газеты Le Figaro написал: «Chamade – это фраза Саган, описывающая улыбку Бардо».

И это было действительно нечто большее, чем обычный парфюм. В нем отразились перемены, которые переживала женская часть общества. С 1965 года женщины получили возможность овладеть профессией без согласия мужа, управлять своим имуществом и даже открыть собственный банковский счет! Крупные университеты распахнули для них свои двери.

Теперь женщины носили брюки и распущенные волосы. В 1966 году новая парижанка даже забрала парфюм Eau Savage Кристиана Диора, изначально созданный для мужчин.

Этот феномен вдохновил Жан-Поля Герлена на создание Eau de Guerlain, с запахом свежескошенного сена в разгар лета.

Женщины увлеклись макияжем, и Герлен разработал две коллекции теней для век. В 1967 году тушь Golden Cilpen произвела революцию в своем сегменте. Она имела запасной блок. База под макияж Base de Maquillage Hydratante увлажняла и защищала кожу, а Matfilm устранял жирный блеск и выравнивал цвет лица.

В 1965 году Жан-Поль Герлен выпустил аромат Habit Rouge, первый восточный парфюм для мужчин с нотами кожи, дерева и специй. Это был аромат всадника в красном; в нем ощущались запахи осеннего леса и чувственные нотки. И все это отражало личный опыт Жан-Поля Герлена: ведь он, как мы помним, был прекрасным наездником и участвовал в чемпионатах мира по выездке.

В том же году Герлен поселился на левом берегу Сены, в доме 29 по Рю-де-Севр. Бутик, расположенный в самом центре университетской и интеллектуальной жизни, конечно же, должен был отличаться дизайном и атмосферой современной жизни.

Герлен создал аромат Parure как воспоминание о детстве, который он посвятил своей матери, памятуя заветы деда. Nahéma, появившийся в 1979 году, был разработан на основе розы и создан в честь Катрин Денев.

Название навеяно восточной сказкой о двух принцессах. Наэма была страстной, а Магана – нежной. Жан-Полю потребовалось четыре года на создание формулы этого сложнейшего аромата. Робер Гранэ придумал флакон, который напоминал фиал алхимика.

В моду вошла водостойкая косметика, а ее цветовая палитра была вдохновлена красками Востока. На заре восьмидесятых годов прошлого века макияж не просто украшал, но одновременно был средством по уходу и восстановлению кожи. Женщины делали все возможное ради сохранения своей молодости. В 1973 году открылся исследовательский центр Дома Guerlain при заводе в Шартре. Именно работая в своем «склепе», Герлен открыл, что старение вызвано действием свободных радикалов.

Чтобы сохранять красивый цвет кожи на протяжении всего года, он придумал пудру Terracotta, ставшую первым сезонным трендом. Чутко улавливая флюиды современности, Дом Guerlain предложил несколько новых ароматов.

Первым в этом ряду стала туалетная вода-фантазия, настоящий мюзикл, Jardins de Bagatelle, живая и привлекательная. Флакон был задрапирован белой тканью и напоминал наряд нимфы.

Затем последовал мужской аромат Derby, яркий и дерзкий, чтобы мужчины могли наконец поспеть за женским прогрессом.

В 1989 году родилась Samsara. Она отвечала духу своей эпохи, оставшейся в истории открытием синдрома приобретенного иммунодефицита и кризисом. Люди старались укрыться в коконе. Тем не менее женщины продолжали удивлять мир и быть в авангарде. Герлен прекрасно их понимал и тонко чувствовал. Он вложил в свой новый аромат тревоги и победы, следуя фразе Андре Мальро: «ХХI век будет весьма загадочен, если, конечно, будет».

Название аромата в переводе означает «круг рождений и перерождений». Красный цвет флакона глубоко символичен для буддизма. Аромат ассоциировался с индийскими храмами. Флакон был вдохновлен кхмерской танцовщицей из музея Гиме[73]. За десять лет до наступления нового тысячелетия «женщина воплотилась в Guerlain», говорилось в рекламе. Однако в первую очередь это был подарок для музы и возлюбленной Жан-Поля.

Эпоха снова сменилась. В июне 1994 года открылся новый завод в Орфене. Общество покинуло семью и устремилось в LVМН, первую международную группу по производству товаров класса «люкс». Для Guerlain начался отсчет новой эры. Однако в клане еще долго не стихали диспуты о том, не предано ли дело основателя. По этому поводу высказался Жан-Пьер Герлен, положивший конец всем слухам: «Этот договор позволяет приумножить успех Дома Guerlain, который войдет в состав первой международной группы по производству товаров класса «люкс». Семья будет вовлечена в дела общества, индивидуальность которого будет сохранена».

Для Герленов перемены открыли новую страницу, хотя у некоторых членов семьи сохранялись акции, а Жан-Поль продолжал работать парфюмером. Именно в этот момент Сильвия, дочь Марселя, взяла дело в свои руки и стала спасительницей семейного достояния. Она собрала важные документы из архива семьи Герленов и получила разрешение хранить их у себя. Немного позже ей пришла идея создать коллекцию Guerlain. Будучи представительницей этой мощной династии, она чувствовала свою ответственность и хотела сохранить память о великом роде Герленов. Сильвия стала разыскивать все упоминания о семействе Герленов. Она собрала бесценную коллекцию флаконов и статуэток, тетрадей Пьер-Франсуа-Паскаля, рекламок и других сокровищ. Ей помогал брат Робер.

В наши дни парфюмерная династия Герлен больше не создает ароматы. В 2008 году Жан-Поль Герлен выбрал наследника и духовного сына, Тьерри Вассера, который раньше работал на Фирмениха. Познакомились они во время создания запаха Guerlain Homme. «Творение – само по себе огромный подарок. Меня всегда ограничивало лишь собственное воображение. Выбирая лучшее сырье по всему миру, я повторял жизненный путь моих предков, из уважения к которым возвел качество в ранг философии. Именно с подобной уверенностью и спокойствием я передаю знамя созидания другим парфюмерам, которые будут продолжать работу на благо этого Дома, смешивая дерзость с красотой», – заявил Жан-Поль Герлен.

Однако, похоже, Жан-Поль Герлен не станет последним представителем пяти поколений семейства, которые трудились на благо Дома, передавая секреты от отца к сыну, от дяди к племяннику, от деда к внуку. Жан-Поль мечтает о том, что его внук, Поль, явно имеющий задатки для работы в профессии, поднимет их знамя.

«Слава быстротечна, вечна лишь репутация», – любил повторять Пьер-Франсуа-Паскаль.