Необходимость сопереживания.

Есть еще один аспект, важный для успешной работы с изгнанниками. Вы должны не только поддерживать дистанцию с изгнанником, но и ощущать сострадание и связь с ним. В отношениях с изгнанником в отличие от отношений с защитником одних проявлений любопытства и открытости недостаточно, так как сострадание жизненно необходимо для его освобождения от страданий. Пребывание в пространстве «Я» с изгнанником требует сопереживания и чувства близости. Вначале можно испытывать лишь любопытство по отношению к изгнаннику, но выслушивая его рассказ о переживаниях и его историю, вам придется стать свидетелем его боли, зачастую невыносимой. Это естественным образом откроет ваше сердце, если ничто не будет этому препятствовать.

Рассмотрим разницу между сопереживанием и эмпатией, а также их взаимосвязь. Эмпатия – это эмоциональный резонанс с чувствами другого человека (или чувствами изгнанника). Сопереживание – это чувство любящей доброты по отношению к страдающему человеку (или изгнаннику). Эмпатия часто приводит к сопереживанию; чужая боль находит у вас отклик, а это подпитывает ваше сопереживание этому человеку. Поэтому часто вы испытываете оба чувства. Однако важно понимать и разницу между ними, в том числе проявляющуюся в вашем общении с изгнанником. Если вы чувствуете лишь эмпатию к изгнаннику, без сопереживания, есть риск слияния с ним (из-за эмоционального резонанса) и потери контакта с «Я». Сопереживая, вы отделены от изгнанника, при этом ощущаете любовь к нему и заботу, что помогает вам оставаться в состоянии «Я».

Сопереживание крайне важно в работе с изгнанниками. Их боль настолько необъятна и мучительна, что им может быть сложно довериться вам, не ощущая этого мягкого и деликатного качества. Когда мы чувствуем сострадательную поддержку друга, мы чувствуем себя в достаточной безопасности, чтобы открыть наши самые уязвимые места. Наши изгнанные части чувствуют себя так же: им необходимо наше сопереживание, чтобы выйти на свет и проявить себя. Они не только хранят в себе боль от детских ран, но и чувствуют, что мы их обижаем и отвергаем, так как мы действительно их отталкиваем и годами не пускаем в нашу внутреннюю семью. И это только усугубляет дело. Их оскорбляли в юности, а затем их отвергли мы, не сумев справиться с их болью. Они стали вечными изгнанниками.

К счастью, сопереживание – это естественный человеческий отклик из состояния «Я» на страдания других. В ходе ВСС-сессии «Я» дарит изгнаннику возможность выйти на свет после долгих лет заключения в подвале. Когда «Я» сочувственно наблюдает за страданиями детской части, изгнанник тронут и признателен за то, что, возможно в первый раз, на него обратили внимание. Наконец-то он не один.

Исследуя свои чувства по отношению к изгнаннику, вы иногда будете осознавать, что настроены нейтрально. Вы отделены от него, но не испытываете особой любви или близости. Вероятно, это происходит по причине вашего слияния с обеспокоенной частью, желающей сохранить дистанцию с изгнанником, или с частью, желающей все анализировать или контролировать. Попросите эту обеспокоенную часть расслабиться и позволить проявиться вашей естественной способности устанавливать связь и чувствовать сострадание. Если она не хочет этого делать, спросите ее, что страшного произойдет, если она это сделает, и работайте с ее опасениями так же, как и с опасениями других защитников. Как только она успокоится и позволит вам ощутить естественную заботу об изгнаннике, вы сможете узнать больше о его боли и негативных убеждениях и развить с ним близкие отношения, готовя почву для последующих терапевтических мер.