Русь давняя. (фрагменты).

И вечный бой! Покой нам только снится. А. Блок

1.

Широко раскинута лесами Русь. Лапой зверя вынут, трепещет в пуще хруст. В медном зеве колокола колотится язык. Тревогою исколот дозоров переклик. Дрожат в ночи осины, Под ними – след стад. Темные трясины заметает листопад. Плачутся капели дремучих рос. Дом оброс крапивой, лебедой оброс.

2.

Голос: Не вели ходить мне, мати, в лес по ягоду. Этот черный, словно тать, все подглядывал. Знаю, ждет он, как намедни, притаясь за углом, сам-то грубый, будто медный, губы углом. Только выйду на полянку, где трава зелена, молча, будто полонянку, бросит наземь меня. Будет мять, валять, руками ворошить во мне огонь. И судьба моя, как камень, в омут рухнет, только тронь. Второй голос: Слышу, слышу. Полон яду ветер. Ухают сычи. Мне с тобою нету сладу. Помолчи!

3.

А рассвет занимается остро, дико и голо. Как пожар разливается рев набата: «Монголы!» Визг мохнатых наездников, вознесенные пики. Над сломавшейся песней долгий выкрик: «Калмыки!» Тянет прелью и чадом, и тяжелым угаром. Шелест стрел над посадом, выдох горя: «Татары!»

4.

И выгнув дугою брови, губы сведя в судороге, птицей заполонённой билась. Чужие руки вылюбили, измучили в крученом и беспамятном перегоревшем улье, роем слепящим занятом. И, оторвав, сразу бросили вниз в бездну. Где. Употевший. Красный. Дьявол. Любил. Невесту. Запахом пота – плата, ритм – маята маятника. Вечная ночь сгладит вечную боль памяти…

5.

И был Бог предан, низвергнут в логово, раздавлен бредом: Богу – Богово. Сменила краски белил тоска. Страна под маской. Страна пуста.

6.

Дико.

7.

Но в хатах холодных, где пыль на ухватах, где бабы голодные детям не рады; где боль мужиков жжёт и тревожит; где голод ржаной пострашней острожного, — темною ночью шепотом в ухе сердце тревожат смутные слухи. И мужики Исчезают в борах. Ножики – вжик! Умирает страх.

8.