ЧТО ЗАСЛУЖЕНО – ЗАСЛУЖЕНО.

Де Маре не был единственным ученым НАСА, которого обошел центр Джонсона. Среди прочих упомянем доктора Винсента Ди Пьетро из Центра космических полетов им. Годдарда в Мэриленде и доктора Джона Бранденбурга – сотрудника подрядной компании НАСА «Физикал сайенсиз Инк.».

Как мы видели в Главе 1, Ди Пьетро является одним из первооткрывателей (вместе с Грегори Мо-ленааром) так называемой «пирамиды Д и М» в марсианской области Сидония. Утверждение Ди Пьетро о том, что «памятники» Сидонии могут быть искусственными постройками, а не игрой света и тени, надолго сделало его «мятежником» внутри НАСА. То же самое верно и в случае с доктором Джоном Бранденбургом, написавшим вместе с Ди Пьетро ряд спорных статей о Сидонии.

Ди Пьетро указывает, что история охоты за жизнью в метеоритах с Марса началась не со сравнительно недавних усилий команды из Космического центра им. Джонсона, которая и приписала себе всю честь открытия, а с работы, начатой еще в 1966 году голландским ученым доктором Бартоломью Нэги. В 1975 году Нэги опубликовал статью о присутствии любопытных органических соединений в «карбонатных метеоритах», признанных впоследствии метеоритами с Марса. Четырнадцать лет спустя находки Нэги были подтверждены Колином Пиллингером и его командой в Англии – Его статья «Органические материалы в марсианском метеорите» была опубликована в июле 1989 года в престижном научном журнале «Нейчер».

Органические материалы могут быть произведены в результате не только биологических, но и чисто химических процессов. В попытке установить, какие из них имели место на Марсе, Джон Бранденбург и Винсент Ди Пьетро внимательно пересмотрели находки Нэги и Пиллингера. В 1994 году они заподозрили, что обнаружили признаки жизни. В своей статье, опубликованной в мае 1996 года – за три месяца до обнародования командой Космического центра им. Джонсона своего открытия – они отметили, что метеориты с Марса примечательны тем, что содержат значительно больше органического материала, чем метеориты любого другого типа. Это, приходят они к заключению, «может свидетельствовать о первичном органическом синтезе на Марсе и даже, быть может, о примитивной биологии».

Странно и даже хуже, нежели просто некрасиво, то, что НАСА не упомянуло работу Бранденбурга и Ди Пьетро, не говоря уже о более ранней работе Нэги, Пиллингера и Райта, когда в августе 1996 года оно сделало сенсационное сообщение об открытии микроскопических органических остатков в метеорите ALH84001. Больше того, Бранденбург и Ди Пьетро утверждают, что за год с лишним до этого сообщения они уведомили лично директора НАСА Дэна Голдина о собственном открытии микроскопических окаменелостей в метеоритах с Марса. По словам Ди Пьетро, они беседовали с Голдином «пару минут» во время конференции в Национальной академии наук в Вашингтоне и передали ему из рук в руки целое досье «работ по метеоритам с Марса, содержащим органический углерод и органические остатки… На титульном листе… были помещены рисунки найденных нами органических остатков. Голдин посмотрел на них с эдаким скептицизмом, но и не без любопытства. Прежде, чем передать досье, я адресовал ему следующий вопрос, который был зафиксирован физически – в магнитной записи нашей встречи. Я спросил его о метеоритах и органических остатках в них, о том, как намерено НАСА поступить с ними…».

Почему же тогда Голдин не признал находки Бранденбурга и Ди Пьетро, когда он публично похвалил параллельную работу коллектива Космического центра им. Джонсона?

Бранденбург признает: «Все знают, что мы выдвигаем Сидонию» в качестве доказательства существования былой цивилизации на Марсе. Поскольку эта точка зрения долгое время была непопулярна в НАСА, высказывалось предположение, что Голдин вряд ли приветствовал бы перспективу признания того факта, что Бранденбург и Ди Пьетро первыми нашли сенсационное доказательство того, что на красной планете когда-то действительно существовала жизнь, пусть даже примитивная.

Нас вовсе не удивляет, что Голдин и, возможно, другие руководители НАСА были прекрасно информированы об органических остатках в марсианских метеоритах задолго до того, как об этом было объявлено официально. Многие крупные организации по привычке действуют скрытно. В конце августа 1996 года дополнительный свет был пролит на всю эту историю тридцатисемилетней проституткой Шерри Роулендс, утверждавшей, что у нее был роман с советником президента Клинтона Диком Моррисом. В интервью для печати она настаивала на том, что Моррис рассказывал ей об «обнаружении доказательств существования жизни на Марсе, когда это еще было военной тайной».