Глава 1. Ура, каникулы!

– Быстров, на татами! Щадящий спарринг.

Славке нравились такие команды, когда по фамилии. Это делало его взрослее. Ну, так казалось ему. Во всяком случае, ростом он уже вымахал вровень с мамой, а папе – выше плеча. Тимка, лучший друг, тот заметно отстал, а ведь в прошлом году они были вровень!

Думая об этом, а вовсе не о предстоящем бое, Ярослав Быстров поправил шлем, поклонился рефери, сопернику, тренерам и публике. Поединки с представителями других клубов проходили каждый день. Сегодня вышел кикбоксёр, затанцевал, делая обманные движения корпусом и руками, провёл серию ударов, которые не достигли цели. Стало ясно – медлительный правша, длиннорукий, при атаке загружает опорную ногу.

Так эти ошибки называл тренер, а сам Славка просто видел, как и когда побеждать: «Нырнуть под кулак, отхват под колено… Лети, парень!» Опорная нога того послушно согнулась – он просел и рухнул на спину от лёгкого толчка. Обозначив добивающий удар локтем, Быстров-младший протянул сопернику руку, помог подняться. Тренер кикбоксёра крикнул:

– Нечестно, это боевое самбо.

– Я что, виноват, если он иначе не умеет? Зато как провёл! – огорчился и тотчас похвастался Славкин тренер, распуская свою группу. – Всем пока. До послезавтра.

Мальчишки-самбисты отправились в раздевалку, обсуждая поединок. Побеждённый кикбоксер у судейского стола зубами распускал шнуровку перчаток. Славка услышал, как чужой тренер, расстроенный проигрышем воспитанника, резко и нелестно высказался:

– Не ври, ты его со спецом готовишь, в призеры. И зря. Не спортсмена получишь, а бандита, уличного хулигана. Потом жалеть поздно будет…

– Ничего из него не выйдет, – посетовал Славкин тренер, – характер у пацана не чемпионский. И с башкой проблемы, шизу гонит. Это он в прошлом году умотал куда-то. На пару с такой же пацанкой…

Дверь раздевалки отсекла голоса, но настроение Быстрова-младшего испортилось. Он надеялся, что хоть в этом клубе к нему станут относиться доброжелательно. А вот, поди, чуть что – попрекают. Кто виноват, что руки и тело помнили тренировки русов?

Славка включил душ, смыл пот. Напоследок дал холодную на полный напор. Тело привычно встрепенулось, взбодрилось, словно окунулся в ледяную прозрачность Белого Июса. Того, тысячелетней давности. И память воскресила гору со смешным названием – «Сундук», лешего, русалок, прощание с рыжей, рукопожатие Ждана…

Порой Быстрову-младшему казалось, что ещё вчера он, городской школьник, скакал верхом, убегал от преследователей, мчал на щите-самолёте с Кольского полуострова на Соловки. А порой – минула уйма лет. И то, пальцев не хватит пересчитать, сколько книг перечитал, сколько сайтов пересмотрел Славка, чтобы понять – куда, в какое время забросило его и Русану Лихачёву.

Вспоминая недели, проведенные в поселении арьев, он краснел от стыда за собственное невежество и глупое поведение. Да, похвастаться оказалось нечем. Как последний придурок, мечтал удивить всех газовой зажигалкой, а на деле – опозорился… В самый нужный момент, когда требовалось развести костёр для раненого Грума, газ кончился. Хорошо, у Сокола трут и огниво оказались наготове.

А как скверно фехтовал, метал дротик? И уж наездник получился – вспомнить стыдно. Он уступал далёким предкам по всем параметрам! Любой недоросль Затулья его, Быстрова-младшего, плевком зашибить мог! Не говоря про дружинников-русов…

Одеваясь, Славка задумался. Домой идти не хотелось, а вот к другу бы, зарубиться в «Крафт», другую войнушку – отвести душу? Позвонил отцу:

– Пап, что у нас на сегодня? Если я к Тимке заверну, до вечера?

Потом маме:

– Алёну Дмитриевну, пожалуйста… Мама, я у Ашкеровых, ладно? Ничего не поздно… Папа заскочит и заберёт, конечно… Чмоки!

Родители у Славки – класс! Их даже шнурками не назовёшь, какие они шнурки? Особенно папа. Когда Быстров-младший вернулся, Анатолий Васильевич понял сына, поддержал в мужском стремлении. Гантели, пробежки – и постепенно у Славки набралась сила. А вот фехтование не пошло. Тренер высмеял: «Это как, по-настоящему рубиться?» Страшно удивился, когда с трудом выиграл схватку с вёртким юнцом. И не взял, дескать, бесперспективный.

Ещё хуже получилось с рукопашкой. Первый тренер, какой-то пояс карате-до и тхеквон-до, оказался никаким. Сэнсей, называется – поклоны и бесконечные повторы медленных движений вместо реальных боёв. Быстров-старший нашел знакомого спортсмена – тот отказался принять:

– У меня оздоровительная группа, а твой? Не пацан, а чудовище, пострашнее Карелина на бой заточен. Нет, и не уговаривай…

Следующий тренер, вот этот, отучал от строптивости и самостоятельности – постоянно ставил в спарринг. Дескать, не хочешь быть мешком для битья – покорись, делай, как учу! Только вышло всё на пользу – Славка быстро находил защиту от любых приёмов. А вот идти на соревнования категорически отказывался: «Зачем мне кубки и грамоты?».

Честолюбивый тренер прессовал Быстрова-старшего: «Надо, обязательно надо вашему сыну становиться чемпионом города, потом области, потом России, потом…» Тот сказал: «Пусть он сам и решает». Понятно же, скоро Славку попросят из этого клуба.

Быстров-младший вышел на улицу, вдохнул полной грудью. Летний Новосибирск бурлил энергией. Люди спешили по неведомым, но важным делам. Машины мчались по Красному проспекту плотными потоками, занимая все полосы. И только он мог никуда не торопиться. Завтра первый день летних каникул – что может быть лучше? Каникулы! Ура!

Выкинув неприятные мысли из головы, Славка запустил сумку вверх, по наклонному стволу перемахнул забор, приземлился «паркур-роллом». Сумка падала, распрямив ручки – он щегольски подхватил её, докрутил, отправил точняком на плечо. Делая вид, что не заметил восхищенные взгляды малолеток, Быстров-младший поспешил к другу.