Глава 18. Наяды.

Тимур отмахнулся от воина подушкой – того сломало потоком воздуха и отнесло в сторону:

– Задрали уже, дураки дурацкие. Не смешно.

Славка прыснул – так недовольно бормотал друг, переворачиваясь на другой бок, чтобы не видеть призрака. Вернув стойкость и прежний вид, воин выплыл наружу. Его угрозы вернуться и отомстить стихли в голове, и усталость сморила Быстрова-младшего.

Утро началось стремительно – подъём сыграла служанка, громыхнув медным тазиком, прямо над ухом. Она принесла и кувшин для умывания. Славка отказался от предложения, пробежался до озерка. Там оглянулся по сторонам – вроде никого? – с удовольствием нырнул в холоднющую от ключей воду. Озерко не только выглядело, но и оказалось глубоким. Открыв глаза, мальчишка загребал вниз, а дно все не появлялось.

Зато навстречу метнулась стремительная тень, похожая на крупную рыбу. «Водяной? Вот это класс, – обрадовался Славка, – сейчас познакомимся! А, так ты не один?» Мальчишка завис в толще воды, наблюдая за хозяевами водоёма. Хозяйками. Уже три крупных тела кружились вокруг него, и сомнений не оставалось – русалки. Таких, или очень похожих выручил он из плена злобного колдуна Мера.

Но воздуха не хватало, пришлось вынырнуть, продышаться. Чья-то цепкая рука сомкнулась на лодыжке, утянула в глубину. Другой бы кто и растерялся, испугался, но Славка столько раз играл в подобные игры, пока жил в Затулье, что только обрадовался. Он извернулся, сам цапнул русалочью руку, и потащил дальше, глубже, видя на серебристом лице изумление, а затем и улыбку. Русалка поняла, что с ней играют, громко крикнула:

– Девочки, он не боится! Элея, Мента, скорее сюда! Он посвящённый!

К ней приблизилась вторая, гораздо более светлая русалка, затем красиво сделала пируэт третья. Эта без стеснения уставилась Славке в лицо, заулыбалась, получив ответную улыбку. Увидев, что ему хочется вдохнуть, русалки подхватили мальчишку и сильно толкнули вверх. Он вылетел из воды, словно торпеда или дрессированный дельфин, который прыгает в кольцо. А там, на высоте, мальчишку настигло потрясающее ощущение!

Всё озерко оказалось на виду, круглое, словно цирковая арена. Прозрачная вода под наклонными лучами утреннего солнца выглядела не хрустальной, а тёмно-голубой. И в ней замечательным трио темнели русалки, завершающие синхронный прыжок в разные стороны. Славка охватил это единым взглядом, не отвлекаясь, и успел сгруппироваться, чтобы не шлёпнуться плашмя, с позорными брызгами. Хорошо, что в бассейне их научили прыжкам с трехметровой вышки! Получилось вполне прилично.

Мальчишка стрелой вонзился в голубую воду. Движение замедлялось, но его догнали русалки, схватили за вытянутые вперед руки и потащили вниз. В ушах заломило, но не вырываться же для их продувки? Вот и каменистое дно, где поблескивают редкие монетки и что-то ещё, непонятное, словно глиняные статуэтки. Воздух в лёгких кончился, Славка дёрнулся вверх. Русалки поняли, с хрустальным смехом стремительно потащили к поверхности, снова подбросили в воздух.

Теперь мальчишка разглядел на берегу озерка зрителей. Тимур, Рема, несколько служанок, кто-то из охранников и сам Олен. Они гомонили между собой, разве что Тим кричал адресно, обращаясь к другу: «Что с тобой, Слав?» Славка сделал неполное сальто, ногами вошёл в воду, с громким бульком. Тут же вынырнул, спросил:

– Что случилось?

Рядом с ним вынырнули русалки, тоже рассматривая толпу. Голос Олена прорезал общий гомон:

– Яр, что за ребячество? Немедленно вылезай! Девочки, подтолкните отрока сюда. Алора, кому сказано?

Сообразив, что сейчас будет, Славка выпрямил ноги. Русалки уперлись ему в подошвы и придали ускорение. Глиссер, торпедный катер, гоночные скутеры не поднимали такую волну, как он. Только шаловливые хозяйки озера не сразу отправили мальчишку к лестнице. Они сделали настоящий круг почёта, точнее – спираль. Когда до берега осталось всего ничего, русалки отстали, и мальчишка затормозился. Зрители за это время успели разойтись, остались Рема с Тимуром и Олен. Выходя из воды, Славка обернулся, помахал русалкам:

– Пока, до свиданья! Я потом зайду, попозже…

Всё тело горело огнём, а холодно не было нисколько. Мальчишка ладонью согнал воду с тела, накинул хитон. Рема осуждающе сказала:

– Разве так можно, без предупреждения? Мы переволновались, а ты игры затеял! Совести нет у тебя, Яр, ни вот столечко…

Тимур тоже укорил:

– Ни фигассе, умылся ты! Я ждал-ждал, пришёл, а тебя нет. Ну, думаю, утонул, что ли? Вот и поднял всех!

– Да вы что? Я же минут пять всего, не больше, поплескался. Только и успел, что с русалками познакомиться!

Олен, как всегда, помалкивал и рассматривал Славку, слегка склонив голову на сторону. Выслушав обвинения и сбивчивое оправдание, хмыкнул, вынес решение:

– Он не виноват. Если наяды его заиграли, то время не воспринимается. Кто послабее, вообще из воды не выходит, там и остается…

– Утопленником? – Испугался за друга Тимур.

– Зачем? Гостем. Он тех, кто на земле, забывает, так с наядами и живёт до смерти.

– Ничего я не забыл. Уже искупаться нельзя! Я что, маленький?

Как Тимур ни пытался убедить друга, что купание длилось почти полчаса, Славка не поверил. Друзья взаимно обиделись за недоверие. Завтрак прошёл в молчании. Затем начались занятия. Рема читала историческое повествование так занудно, что мальчишки утратили всякий интерес. Властители и завоеватели сплелись в бесконечную вереницу походов. Они постоянно куда-то шли, с кем-то воевали, и каждый называл захваченную страну другим именем.

 – Рема, зачем нам эта фигня, – взмолился Тимур, – мне в школе надоело, а теперь вы!

– Архиерей приказал, – недоброжелательно ответила надзирательница.

Славка понимал её. Тут своей работы невпроворот, а ты сиди и читай двум оболтусам, которым это чтение по барабану. Он попробовал обратить недовольство Ремы на пользу себе и Тимке:

– Давайте, мы делом займёмся. Почему – не надо? А, слуги для этого есть…

Тимур включился, и друзья сыпанули варианты приятных занятий:

– Экскурсию по храму сделайте.

– Может, мячик есть, мы на стадион сходим, попинаем?

– Тогда на гору сбегаем. Что мы, как под стражей, даже на море нельзя?

Рема отмахнулась:

– Ничего не знаю. Какая гора, какое море? До него два дня, или больше. Перерыв? Это пожалуйста, – она долила ярко-красной воды в стеклянный конус с делениями и показала пальцем, – одна клепсидра, не больше!

То есть, минут пятнадцать. Вместо нормальных, привычных часов здесь применялся гномон – конечно, днём, пока солнце. Толстая и высокая свеча с темными полосками отмеряла время ночью. Песочные часы ребят не удивили, а водяные – очень понравились. Они нарядно выглядели, игрушечно, особенно наполненные подкрашенной водой до краёв.

Первые капли застучали в нижний сосуд – переменка началась. Славка с Тимуром выскочили наружу и больно столкнулись с охранником. Пластинчатый доспех того упруго звякнул, отбросив мальчишек.

– Ты кто? – Славка от неожиданности не придумал лучшего вопроса.

– Гектор, сыны бога, – принял уставную стойку боец. – Чем могу служить?

– Олен далеко?

– Вот там, – мощная рука вытянулась в направлении той комнаты, куда вчера влетел Славка с обломками дельтаплана.

Пока мальчишки добежали туда, Олен уже вышел наружу, волшебством запирая дверь. Увидев, как волхв снимает испачканные и прожженные в нескольких местах кожаные рукавицы, Славка испытал неловкость за своё поведение: «Напакостил, а помочь не сообразил! Свинина я, свинина неблагодарная!».

Но архиерей предложение о помощи отклонил. Дескать, незачем. Склянки побились, да минералы подмокли? Верно, но не все. Опять же, осколки убраны ещё вчера, стол и полки – уже на местах. Работать можно, вот он и работал:

– Твой амулет, который МОЙ, – волхв вернул бляшку Славке, – на крепость проверил. Всё верно, центрующий он! Только не на спираль, как я хотел… На ближний силобор… Как тот, где вы крылья взяли. Не пойму только, почему вас сюда пробило, в глубину времени? Тут Боруну вдомёк, он с мировыми слоями ладит… А что вы здесь, а не с Ремой?

– Можно, мы отдохнём немного? Посмотреть хочется, не взаперти сидеть.

– Правда, Олен, дома надоело, у нас же там каникулы, – очень убедительно взмолился Тимур, – отдых после учёбы, типа отпуска. Ну, правда, толку от этой книги, всё равно не запоминается.

– Есть хочу, – не к месту ответил волхв, хлопая в ладоши, – девочки, накройте стол в тени! Отроки, вы трапезовать будете, или как?

Мальчишки согласились, занялись фруктами. Волшебнику принесли кусище отварного холодного мяса и салат. Перекусывая, Олен расспросил про вещички, найденные в сумке. Катушка с остатками шпагата, удочки и подводное ружьё его не интересовали, а вот фонарь – очень! Для объяснения Славка напомнил волхву опыты с атмосферным электричеством:

– В Затулье вы поставили высоченную мачту и пробовали жарить рябчика, а молния его сожгла…

– И эта силу можно собрать здесь? – Тринс рассматривал разобранный фонарик и трогал травинкой контакты аккумулятора. – Чтобы потом обратить в Свет? Конечно, как я не сообразил! Небесный огонь, стрелы Перуна! Я попробую.

Он так восторженно горел желанием понять, усвоить техническую новинку, что даже не спросил разрешения у Славки. Просто цапнул её и навострился в лабораторию. Тимур бесстрастно отметил:

– Сломает ведь, жалко.

– Да фиг с ним, с фонарём! Кто бы возражал, – друг отмахнулся, а в спину Олена крикнул. – Так что, разрешаете каникулы?

– Как хотите. Чтобы я насильно заставлял кого? Балбесы вы, знаний чураетесь, – бормотнул Тринс и добавил громкости в голос. – Рема, дай отрокам волю, но полдня – учёбы. Хотят, пусть гуляют, под надзором.

Дверь лаборатории захлопнулась. Мальчишки переглянулись и бросились наперегонки к лестнице, но тот же охранник, Гектор, стремительно их настиг и ловко сбил подножками:

– Куда?