Глава тридцать первая БОЧОНОК С ИКРОЙ.

Неберучев гостеприимно просил:

— Весь дом к вашим услугам. Жена уехала ночевать к сестре.

Манька пришла в себя и, всхлипывая, рассказывала Дор-мидонтову, как Неберучев ее вышвырнул из автомобиля.

— Едем отсюда, Илья Ильич! Я тебе столько такого расскажу, что ты не опомнишься.

— Молчать!.. Она пьяна, — цыкнул на нее Неберучев. — Господа, в столовую!.. Илья Ильич, прошу вперед… Чем Бог послал!.. Закуска холодная и горячая… Может быть, мой повар спросонья что и переварил… уж простите…

Лакей сделал ему знак глазами.

— В чем дело? — подошел к нему Неберучев.

— Бочонок-то раскрывать что ли?

— Какой бочонок?

— С икрой… Который нынче прислали…

— Икра?.. Кто прислал?.. Тащи, тащи сюда. Мы ее из бочонка будем… Ставь на боковой столик… Ты ее во льду держал?

— Сейчас с погреба…

Под «ура» втащили двухпудовый бочонок и начали раскупоривать.

— А икра-то пахнет сыром!..

Неизвестно кто произнес этот каламбур, но все почувствовали себя неловко.

— Барин! Это не икра!.. А…

Иван не договорил, его словно отбросило от бочонка.

Нестерпимая вонь, трупный смрад охватил присутствующих.

Из жижи разлагающихся человеческих внутренностей виднелась голова с проткнутыми глазами и содранным скальпом. В паническом страхе все, давя друг друга, со стоном, с визгом бросились к дверям.

Спаржа упала и с ней повторилась опять морская болезнь.

Манька кричала:

— Это ему Бог за меня! За меня отомстил!..

— Полиция!.. Немедленно дать знать полиции!..

Кто-то повторял имя Невзорова.

— Какой Невзоров? Где Невзоров?

— Где!.. В бочонке!.. Это труп Невзорова.

— Петька Невзоров! — и Манька-Ковбойка с воплем бросилась к бочке.

— Как… Ты разве знала Невзорова?..

Манька запнулась за ковер, упала в лужу, образовавшуюся от растаявшего погребного снега и от всего пережитого, от падения из автомобиля, впала в глубокий обморок.

— Мммолчать! — раздался зычный голос Неберучева, но такой властный, строгий и неожиданный, что все вздрогнули.

Он стоял у выходной двери с ключом в руках:

— Молчать! Ни с места! Кто осмелился крикнуть полицию?

Все молчали и без того. Но Неберучев крикнул в третий раз:

— Молчать! Если войдет полиция, мы погибли!.. Я запер эти двери. Никто не смеет выйти отсюда, не дав смертной клятвы, что за будет обо всем случившемся и не проронит ни слова о мертвой голове ни врагу, ни жене, ни попу на духу…

— То есть как это… попу… — протестующе буркнул было купец.

— Мммолчать! Когда я говорю, все должны молчать! А в особенности ты, Дормидонтов!.. Разве ты, старый пьяница, не понимаешь, что ты первый же попадешь под суд, если только будет составлен протокол, из которого выяснится, что ты пьянствуешь с инженерами на моей квартире!..