Год 1929. Июнь. Турецкая Республика. Стамбул.

Вид на бухту Золотой Рог с террасы султанского дворца мог бы увлечь и художника и поэта – столько в нем было красоты и ярких красок, но политики больше интересовались собой, чем окружающим миром.

– Что ж, господин Литвинов…

Ататюрк наклонил голову, и золотая кисточка фески качнулась перед глазами народного комиссара.

– Традиции, это конечно, великолепно. Гора Арарат, безусловно, священна и для мусульман и для христиан, каковых в Турции предостаточно.

Турецкий кофе необычайной черноты и крепости застыл в крошечных чашках.

– Но я считаю, что путь Турции – это путь светского государства. Так что секретные приложения к договору, касающиеся Арарата, меня мало волнуют. Если вам что-то нужно – стройте, ради Аллаха! Большее внимание привлекают меня возможности нашего сотрудничества в области обороны и финансов. Не скажите ли вы, эфенди на какую помощь со стороны СССР сможет рассчитывать Турецкая республика уже в этом году?