Год 1930. Апрель. СССР. Москва.

…Бегунок медленно плыл по шкале настройки и кремлевский кабинет заполняли то треск грозовых разрядов, то писк морзянки, то плавные такты классической музыки. Наткнувшись на итальянскую скороговорку, он замер, впустив в комнату голос диктора. В скороговорке проскакивали знакомые слова – «большевик», «коммунист» и «космос». Сталин приглушил звук. Мир активно обсуждал успехи Советской власти.

– А какова реакция на сообщение ТАСС наших европейских соседей?

– Политической реакции, товарищ Сталин, пока что нет… Все серьезные газеты перепечатали заявление ТАСС, однако политики молчат… По нашим сведениям ни одна из значимых политических фигур не выступила в прессе.

– Хорошо… Это понятно.

Сталин качнул головой, подтверждая правильность поведения западных политиков.

– А неофициальная реакция?

Поскребышев выложил перед Сталиным несколько листков.

– Восторженный отклик Французской академии Наук…. Шведы… Королевское научное общество Великобритании…

– Неужели только восторги? – нейтрально переспросил вождь.

– Не только… Ватиканская «Оссерваторе Романо» вышла с передовой «Безбожники у Божьего престола».

– Что еще?

– Большой интерес к личностям первых космонавтов.

Сталин несколько минут думал. Поскребышев стоял рядом, не решаясь отвлекать Вождя. Несколько секунд он словно плыл в потоке слов чужого языка.

– Страна должна знать своих героев… Дайте сообщение ТАСС о том, что первыми космонавтами стали члены ВКП(б) товарищи Деготь и Малюков…