42. СМЕРТЬ НА ОРБИТЕ.

Каждое большое предприятие, по поверью, требует жертв; на опорах Гибралтарского моста были выгравированы четырнадцать имен. Но, спасибо специалистам по технике безопасности, подчас фанатичным в своей требовательности, орбитальная башня почти не уносила человеческих жизней. Был отмечен даже целый год без единого смертного случая.

Но однажды выдался год, когда было четыре смерти — две из них оказались особенно тягостными. Мастер по сборке космических сооружений, привычный к работе в невесомости, позволил себе забыть, что на этот раз он хоть и в космосе, но не на орбите, — опыт, накопленный в течение всей жизни, оказался предательским. Он пролетел более пятнадцати тысяч километров и сгорел, как метеор, при вхождении в атмосферу. Как нарочно, передатчик в его скафандре оставался включенным до самого трагического конца…

Тот год для строителей башни оказался удивительно несчастливым — вторая трагедия грянула вслед за первой и была не менее гласной. Женщина-инженер, занятая на «якорном» участке, много выше синхронной орбиты, небрежно застегнула страховочный пояс — и вылетела в пространство, как камень из пращи. На той высоте, где она находилась, ей не угрожали ни падение на Землю, ни переход на незамкнутую орбиту, но, увы, воздуха у нее в скафандре было лишь на неполных два часа. Организовать ее спасение за столь короткий срок не мог никто, да, собственно, и не пытался, невзирая на общественное негодование. Потерпевшая держала себя очень достойно. Она продиктовала по радио прощальные письма родным, а затем, хотя кислорода ей хватило бы еще на добрых полчаса, раскрыла скафандр. Тело обнаружили несколько дней спустя, когда неумолимые законы небесной механики привели его назад к перигею эллиптической орбитальной кривой.

Оба этих случая промелькнули в мозгу Моргана за те секунды, что понадобились скоростному лифту, чтобы доставить его вместе с угрюмым Уорреном Кингсли и почти позабытым теперь Дэвом на центральный пост управления. Правда, сегодняшнее несчастье иного рода: то ли в «подвале» башни, то ли вблизи него произошел взрыв. Очевидно, какая-то транспортная кабина сорвалась с рельсов и обрушилась на Землю, — позже, надо думать, Служба муссонов передаст невнятное сообщение о «метеоритном дожде» в районе Центрального Тапробана.

Гадать, что именно стряслось и почему, было бесполезно — нужны были факты, вещественные доказательства, а поскольку они, скорее всего, уничтожены катастрофой, истину, вполне возможно, не выяснить никогда. Космические инциденты редко бывают вызваны одной-единственной причиной: обычно к ним ведет целая цепь событий, каждое из которых безобидно само по себе. И вся прозорливость стражей техники безопасности не в состоянии гарантировать защиту от всех невзгод, а подчас их гипертрофированная осторожность не предотвращает, а провоцирует беду. Морган не стеснялся признаться себе в том, что судьба проекта в целом заботит его ныне куда сильнее, чем гибель нескольких или даже многих людей. Мертвым уже не поможешь, остается лишь принять меры к тому, чтобы стечение обстоятельств, стоившее им жизни, никогда более не повторилось. Но поставить под угрозу завершение орбитальной башни, когда до него буквально рукой подать, — подумать об этом и то было непереносимо страшно.

Лифт замедлил ход и остановился, и Морган очутился на центральном посту — как раз вовремя, чтобы успеть к новой неожиданности, второй за один вечер.