СРЕДНИЕ СЛОИ АТМОСФЕРЫ. КАБИНА СПОРТИВНОГО ШАТТЛА. АДРЕНАЛИНА ПОЛНО.

Все оказалось даже лучше, чем она себе представляла. Намного лучше! Робость, охватившая Петру перед стартом, исчезла сразу же, едва шаттл отделился от станции и провалился вниз. Или вверх? В космосе все относительно. Наверное, все-таки вниз, потому что цилиндры и шары «Яблока», лепестки солнечных батарей и антенны остались где-то над головой, а под брюхом челнока голубела Земля. И Петра не смогла сдержать восторженный крик, а потом еще один, когда Джим включил основные двигатели, и шаттл рванул вдоль планеты, выходя на предусмотренную для спейс-слалома орбиту. Только здесь, в кресле пилота, Петра смогла в полной мере насладиться красотой космического полета, оценить величие растекающейся вокруг бесконечности, прикоснуться к нему. В третий раз у девушки вырвался крик, когда Джим передал ей управление и поток информации полился в ее «балалайку». Какие там симуляторы? Какие тренировочные комплексы? Разве могут они дать восхитительное чувство единения с космическим кораблем? Как бы ни изощрялись инструкторы на Земле, они не были способны воссоздать все нюансы настоящего полета, не могли заставить каждую клеточку организма дрожать вместе с двигателями, а сердце замирать от восторга. И Петра кричала, смеялась и снова кричала, захлебываясь от радости и счастья.

И почувствовала бесконечную, такую же огромную, как сама Вселенная, грусть, когда Джим вернул себе управление и повел шаттл к Земле. У нее отняли не игрушку, а живое существо, с которым Петра успела сродниться. Именно так она стала воспринимать челнок.

— Ты была великолепна, — подмигнул инструктор. — Не ожидал.

— Мне понравилось. — Петра на мгновение прикрыла глаза. — Мне безумно понравилось.

— Жди перегрузок.

Девушка не ответила, рассеянно поглаживая подлокотник кресла. Перегрузки? При чем тут перегрузки? Так, мелкие неудобства. Петра все еще переживала полет, СВОЙ полет, и теперь, когда ответственность за дальнейшее взял Джим, девушка потеряла к происходящему всякий интерес. Сказка оказалась недолгой, приключение закончилось. Оно полностью оправдало ожидания девушки, но мало… Черт побери, слишком мало!!

И лишь тревожные нотки в голосе инструктора вернули Петру в реальность. Она сосредоточилась и попыталась понять, о чем именно говорит Джим с техником.

— … не понимаю, что происходит.

— Канал глохнет.

— Так не бывает. Мы на автомате уходим на резервный.

— Антенна глючит?

Паники в звучащих в «балалайке» голосах не наблюдалось, но легкая нервозность ощущалась.

— Что случилось? — поинтересовалась Петра.

— Ерунда! — Пальцы инструктора торопливо пробежали по кнопкам. — Все поправимо.

Но на лбу парня выступила предательская испарина.

— Джим, скажи мне правду.

Ответить инструктор не успел.

— Борт 88, у нас помехи в приеме сигналов. Что происходит?

— Небольшие проблемы с системами связи, — доложил Джим. — И, кажется, управления…

— Кажется или точно? Борт 88… — Голос диспетчера пропал.

— Джим!

Инструктор явно не понимал, что происходит.

— Петра, моя «балалайка» сбоит. Ты можешь взять управление на себя?

— Сейчас?

Ее учили маневрировать в открытом космосе, правила входа в атмосферу давались лишь в общих чертах — богатым туристам такие подробности ни к чему.

— У нас нет выбора, — процедил инструктор. — Сейчас работает автоматика, но скоро потребуется вмешательство пилота. Мой чип глючит, связи с «Яблоком» и Шариком нет, так что оттуда управление не возьмут.

— Джим, они должны починить связь!

— Они стараются, Петра, но пока каналы молчат, сажать нас будешь ты.

— О, господи…

— Бери управление, Петра, моя «балалайка» совсем накрылась!

— Не могу, — помертвевшим голосом ответила девушка. — Мне отказано в доступе.