АНКЛАВ: МОСКВА. ТЕРРИТОРИЯ: БОЛОТО. ПОЕЗДКА ВЫШЛА НЕУДАЧНОЙ.

Несмотря на некоторые проблемы с восприятием действительности, Грыжа отдавал себе отчет в том, что обращаться к конструкторам из Уруса опасно, канторщики наверняка сообщили им, что ищут девчонку. Да и цену соплеменники давали плохую: на социальной лестнице Уруса Грыжа стоял слишком низко, чтобы надеяться на уважительное отношение к себе. Нет, добычу следовало везти подальше, на Болото, тамошние конструкторы смотрели на товар, а не на продавца, и, если девка приглянется, заплатят щедро. Конечно, и на Болоте доверять можно не каждому, но у Грыжи были надежные партнеры, которые охотно брали прошедших через его подвал девочек и не задавали вопросов.

— Фарид! Фарид!! — Главный вход в аптеку был закрыт, но Грыжа знал о потайной двери, ведущей в подвал конструктора из соседнего подъезда. — Фарид! Это я!

Дверь оказалась незапертой, но конструктор не отзывался. Спит? Занят? Грыжа включил свет и остановился, обдумывая ситуацию. Правильнее было бы уйти, у конструкторов много секретов, и тот, кто сует нос в их дела, рискует сам оказаться на хирургическом столе. С другой стороны, Фарида Грыжа знал давно, конструктор относился к нему довольно дружелюбно, без подчеркнутого превосходства, так что можно рискнуть.

— Фарид! — Он толкнул следующую дверь, вошел в операционную. — Фарид… Ох!!

Конструктор лежал на полу. Сначала Грыже показалось, что Фарид перебрал наркоты и отключился, но, подойдя ближе, слизняк увидел рану, протянувшуюся по шее конструктора от уха до уха. Жуткий надрез, «фирменный» почерк канторщиков Уруса.

— Ох, шайтан!

Кровь, залившая пол операционной, уже успела запечься. Орудие убийства — нож лежал рядом.

— И что мне теперь делать?

Фарид умер, Жорик Самосвал живет слишком далеко, на северной окраине Болота, ехать к нему сейчас Грыжа побаивался. Остается Корнелиус. Правда, владелец Зверофермы всегда заказывал Грыже животных, мутантов из Восточного Рукава, но ведь вряд ли он занимается только зверьем?! Наверняка конструирует! Храмовник ведь!

Грыжа пошарил по полкам операционной, заглянул в комнату — вдруг найдется что ценное, прихватил две банки консервов, бутылку самогона, вернулся к своему фургону, постоял, задумчиво глядя на темные дома, и окончательно решил: надо ехать к Корнелиусу. Больше никому доверять нельзя.