1.1. ПУТЬ.

В тот судьбоносный час, когда человека охватывает непреодолимое желание взяться за изучение японских иероглифов, на него сразу же наваливается груз сомнений, обусловленных множеством вопросов, один из которых можно сформулировать приблизительно так: а с каких, собственно говоря, иероглифов лучше всего за это самое изучение взяться? В ответ, как правило, предлагается несколько общепринятых подходов, некоторые из которых рекомендуют сначала приступить к запоминанию самых лёгких в плане графического начертания знаков с постепенным переходом к более сложным. Не менее успешно можно заучивать иероглифы по частоте их встречаемости, вводя со временем в свой обиход всё более и более редкие знаки. Кроме того имеет смысл следовать опыту тех, кто, раздобыв где-нибудь список кандзи, рекомендуемых для сдачи экзаменов «Норёку сикэн»[3], последовательно и методично заучивает их один за другим.

Все эти методы прекрасно зарекомендовали себя и вполне сгодились бы и для нас с вами, если б не желание в таком тонком деле опираться не столько на чужой, сколько на свой, пусть маленький, но всё-таки опыт. А какой у нас может быть опыт в области японского языка? Для кого-то это может прозвучать несколько неожиданно, но некоторым опытом в области японской лингвистики мы обладаем с самого раннего детства, причём опыт этот, как это ни странно, достаточно весомый, хотя об этом мало кто из нас пока догадывается.

Посмотрите внимательно на следующую надпись:

Неужели это слово, записанное по-японски, не показалось вам до боли (в прямом смысле этого слова) знакомым? А ведь каждый из нас слышал это слово и знает о его существовании с детских лет!

Всё ещё не узнали? Не странно ли? Особенно учитывая тот поразительный факт, что эти три иероглифа вместе образуют слово, ставшее уже почти русским. Речь идёт о каратэдо:[4] - легендарной борьбе, зародившейся на далёкой Окинаве, и больше известной нам под названием каратэ.

В меру наших скромных сил и возможностей попробуем исследовать этот маленький японско-русский феномен. Для начала поступим абсолютно нелогично - совсем как «настоящие» японцы, которые делают все не так, как привыкли делать мы, а «шиворот-навыворот». Подчиняясь этому феноменальному принципу, начнём исследование не с первого иероглифа, как того следовало бы ожидать, а с последнего.

Итак, перед нами исключительный по красоте и значимости знак, который в самом обыденном смысле обозначает дорогу, тропу или тропинку. Чуть в более широком значении это путь. И уж совсем в философском плане этот иероглиф символизирует не просто путь, а Путь! Причём Путь с самой большой буквы «П».

Данный иероглиф, как и большинство других японских иероглифов, обязан своим происхождением Китаю. В далёкой Поднебесной этот полный изящества символ тоже обозначал «путь» и имел величественное название «ДаО»[5]. Название это настолько значительное, что хочется на секундочку приостановить наше повествование и произнести: «Мы говорим ПУТЬ - подразумеваем ДАО? Мы говорим ДАО - подразумеваем ПУТЬ!». Читающий эти строки, возможно, уже догадался, что именно иероглиф определяет на письме название религиозно-философского учения Даосизм (Учение ПУТИ)[6].