5.3. КРУГЛЫЕ КВАДРАТЫ или КВАДРАТНЫЕ РТЫ.

Все, кто в первый раз сталкивается с японскими (китайскими) иероглифами, обозначающими нечто круглое (солнце, рот)[116], обычно задают один и тот же вопрос: почему, мол, эти иероглифы такие квадратные? А в самом деле, так ли уж было трудно нарисовать их округлыми? Квадратный рот - это всё-таки анатомическая редкость, а квадратное солнце - вообще полный абсурд. Здесь, правда, можно было бы завести разговор о якобы присущей японцам удивительной проницательности, позволяющей им замечать суть вещей и видеть квадратное в круглом, а круглое в квадратном. Всё это, может быть, и так, но какое бы мы ни испытывали уважение к японской культуре, никогда не надо забывать, что иероглифы пришли в Японию из Китая в сформировавшемся квадратно-угловатом виде, поэтому не стоит путать причину со следствием, в том смысле, что если японцы и обладают высоким уровнем абстрактно-образного мышления, то это не значит, что именно они создали то письмо, которым сейчас пользуются. Вполне возможно и даже, наверное, так оно и было, что японцам потому и пришлись по душе квадратные записываемые по вертикали закорючки, что эта форма символьного кодирования информации об окружающем мире изначально наиболее полно соответствовала их мировосприятию.

Здесь к месту будет сказано, что в древнем Китае первые иероглифы, действительно, были именно такими, какими их и следовало бы ожидать увидеть: солнце изображалось в виде окружности с точкой посередине, а не прямоугольником с проведенной внутри чертой, а рот тогда был именно такой, каким ему и надлежит быть, - округлым.

Долгое время китайцы записывали свои знаки на деревянных дощечках специальным инструментом, представляющим собой полую бамбуковую трубочку, на верхнем конце которой размещался небольшой резервуарчик, наполненный красящей жидкостью. Внутри трубочки размещался «фитилёк», по которому жидкость стекала вниз. Этот прообраз автоматических чернильных ручек позволял довольно свободно обращаться с собой, и писец мог создавать графику практически любого уровня сложности: округлую, прямолинейную, пунктирную, угловатую, волнистую и прочей конфигурации.

Однако где-то в третьем веке до нашей эры произошло событие, по масштабности и значимости сравнимое разве что с возведением Великой Китайской Стены[117]. Речь идёт об изобретении кисточки[118], которая продемонстрировала новое, доселе неизвестное выразительное средство - возможность изменять нажим на кисть, а значит, менять толщину рисуемых линий. Применение кисточки привело к внедрению определённой условности при написании знаков, которая наиболее ярко проявила себя при росписи по шёлку, к особенностям которого можно отнести «кошачье» неприятие «поглаживания против шёрстки». Это свойство шёлка наложило некоторые ограничения на свободу движения кисточки, волей-неволей письмо стало угловатым и, как это ни странно, более выразительным.

Три века спустя после изобретения кисточки китайцы придумали бумагу[119]. Кисть легко заскользила по гладкой впитывающей влагу поверхности, писать стало значительно проще, в результате чего начал формироваться скорописный стиль письма, а знаки становились всё изящнее и изящнее.

Вот на этом этапе, пожалуй, уже можно говорить о каких-то подсознательных влияниях на формирование техники китайского письма или о неосознанных предпочтениях, связанных с выбором того или иного набора символов для отражения окружающей действительности. Большего простора и возможностей для выплёскивания образов, скрытых в дремучих лесах подсознания, трудно себе даже представить.