3. «РУКОПИСИ НЕ ГОРЯТ» 

Историк, пытающийся проследить за действиями «существ, более развитых, чем человек», чувствует себя, словно муха в паутине. Трудно отделить главное от второстепенного. Запуск первого «лунника», например, может быть связан с Атлантидой, — только потому, что он счастливо совпал с началом хрущевской кампании по кукурузе. Не спешите улыбаться: дело в том, что на Земле не найдено диких предков кукурузы. Это означает, что «королева полей» — результат генной инженерии и единственный стоящий аргумент тех, кто верит в существование древней высокоразвитой цивилизации.

В неожиданном свете предстает и поведение нашего естественного спутника. Луна расположена на таком расстоянии от Земли, что ее видимый диаметр равен видимому диаметру Солнца. Собственное вращение точно синхронизировано с обращением вокруг Земли, — и потому мы всегда наблюдаем только одно лунное полушарие. Долгое время считалось, что «виновато» смещение центра масс. Но гипотеза не подтвердилась, и сегодня никто не может найти естественные причины этого явления.

Примерно сто лет назад астрономы всего мира стали отмечать таинственную активность на лунной поверхности — светящиеся точки, линии, кресты. Более двух тысяч подобных сообщений получило от своих членов Британское астрономическое общество в одном только 1879 году. Полвека спустя были зафиксированы так называемые «лунные купола», — их насчитали около двухсот. Опубликованы сотни сообщений о движущихся огнях и целых сериях разноцветных вспышек. В начале пятидесятых астрономы наблюдали нечто, напоминающее мальтийский крест. В 1959 году профессор Козырев обнаружил на Луне вулканическую деятельность. А чуть позже появилась гипотеза американского астронома Карла Сагана — о том, что под лунной поверхностью существуют гигантские пещеры искусственного происхождения. Сагана поддержал директор Пулковской обсерватории Александр Дейч.

Но самое интересное открытие сделано в 1937 году: Луна — не единственный наш спутник. По сильно вытянутой орбите движется крохотная планетка Гермес диаметром 700 метров. Не про нее ли рассказывал Маленький принц? Георгий Гурджиев писал о второй луне: «Современные трехмозговые существа… ничего не знают об этом прежнем осколке их планеты, главным образом потому, что его сравнительно малый размер и отдаленность места его движения делают его совершенно невидимым для их взора… И если кто-нибудь из них случайно увидит его через их хорошую, но тем не менее детскую игрушку, называемую телескопом, он не обратит на него внимания, принимая его просто за большой метеорит».

В Европе Гурджиева считали турком. После войны и революции он перебрался из России сначала в Турцию, а затем во Францию, где приобрел вполне европейский вид. (Ср.: турецкий астроном в «Маленьком принце» открыл новый астероид, но ему сначала не поверили, потому, что он был одет не по-европейски). Гурджиев утверждал, что маленькая луна была хорошо известна атлантам, которые называли ее словом, переводимым так: «Никогда не позволяющий кому-либо спать спокойно». Оба спутника поддерживают и направляют органическую жизнь на Земле. Эту мысль развивает и его ученик Успенский:

«Органическая жизнь на Земле питает Луну. Все живое на Земле — люди, животные, растения — служат пищей для Луны. Луна — это огромное живое существо, которое питается всем, что живет и растет на Земле… Человек, как и всякое иное живое существо, не может в обычных условиях жизни оторваться от Луны. Все его движения и, следовательно, все действия совершаются под контролем Луны. Если он убивает другого человека, это делает Луна; если он убивает себя, приносит себя в жертву ради других, это также делает Луна».

История человечества — это история лунного рабства, настолько абсолютного, что о нем никто не догадывается. Из невидимых пут вырываются лишь одиночки: «Освобождение, которое приходит вместе с ростом умственных сил и способностей, есть освобождение от Луны». Гурджиев говорил о неограниченной власти Луны еще в начале XX века. А тем временем на Земле в тихих провинциальных городках рождались безумцы, охваченные странной идеей: взлететь, опираясь на струю пламени. Юрий Кондратюк, например, еще в 1916 году рассчитал «улиточную» трассу полета к Луне — ту, по которой полвека спустя полетели «Аполлоны».

«Луна властвует и играет, луна танцует и шалит».

В булгаковском романе есть одна странная ниточка, которая ведет непосредственно к «Аполлону». Она начинается в Москве, в Воротниковском переулке, д.1, кв.2, — именно сюда направился Булгаков по приезде в Москву в двадцать первом году. Там проживал родственник его первой жены Борис Земский — помощник начальника Академии воздушного флота по учебной части. В 1922 году он устроил Булгакова на работу в издательский отдел научно-технической комиссии Академии. Тогда же будущий писатель знакомится с другом Земского — известным аэродинамиком Владимиром Ветчинкиным. В 1927 году энтузиасты космических полетов Земский и Ветчинкин были в числе организаторов «Первой мировой выставки межпланетных аппаратов и механизмов» — в доме №68 на Тверском бульваре. Десять тысяч посетителей видели эту композицию. Она начиналась прямо на улице — за стеклом огромной витрины расстилался лунный пейзаж с серебристой ракетой, и маленький космонавт в скафандре стоял на гребне кратера, глядя на зеленоватый диск восходящей Земли.

В начале тридцатых Земский и Ветчинкин читали лекции ракетчикам Королева, а позже работали консультантами в Реактивном НИИ. Именно профессор Ветчинкин редактировал брошюру Ю.Кондратюка «Завоевание межпланетных пространств», изданную в Новосибирске за счет автора. Он же познакомил Кондратюка с Королевым. Королев предложил ему работать в ГИРДе, но Кондратюк отказался. Почему? Историки космонавтики объясняют, что он жил под чужим именем и опасался проверки: группа Королева была полувоенной организацией. Вполне убедительно, — если рассматривать факты изолированно. Но, зная цепочку последующих событий, можно предположить, что его согласие могло нарушить какие-то сроки.

В сорок втором году сержант Кондратюк погиб на фронте; его полуобгоревшую тетрадь с формулами нашел немецкий солдат и передал по инстанции. Таким непростым путем тетрадь попала в ракетный центр Пенемюнде — к фон Брауну, а в сорок пятом — на Лубянку. Но и на этом странная история не заканчивается. Сразу после войны Ветчинкин прилагает массу усилий, чтобы переиздать книгу Кондратюка в «Оборонгизе». Она выходит в 1947 году тиражом 2000 экземпляров. Один экземпляр поступает в библиотеку Конгресса США. После триумфа первого спутника американцы подняли всю советскую литературу по космосу, — таким образом репринт английского перевода «Завоевания межпланетных пространств» оказался на рабочем столе Джона Хуболта, одного из ведущих специалистов проекта «Аполлон». Три года Хуболт твердил фон Брауну о преимуществах кондратюковской схемы посадки. И убедил его, — сэкономив Америке несколько лет и миллиарды долларов. А в 1971 году Нейл Армстронг — первый человек, ступивший на Луну, — во время поездки в СССР специально побывал в Новосибирске — в доме, где жил «лунный пророк».